![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
murysiaСейчас уже ясно, что война обречена затянуться, как минимум, на месяцы, даже если внутри этого срока будут тактические передышки и перемирия. Война может менять форму, перетекать из столкновения армий в борьбу оккупационного корпуса с партизанами, но то, что нас ждет долгий путь к миру, - практически гарантированно. К «практически» вернемся позже, а пока изложу логику, почему прекращение войны с каждой из сторон очень маловероятно.
Я не военный эксперт, чтобы оценить соотношение сил на земле и доступные резервы для продолжения войны. Но и не военные чаще всего принимают такие решения, как начать или закончить войну. А политические стимулы с обеих сторон настроены, и еще какое-то время будут настроены, на продолжение войны.
Для Путина отступление – неприемлемый вариант, потому что он не достигает никаких целей вторжения, но получает почти все его издержки. Даже если удастся разменять часть санкций на прекращение активных боев, это не вернет в страну капитал, веру инвесторов и все остальные блага довоенного времени, потому что не будет доверия к тому, что Кремль завершил войну навсегда. Поэтому выстраивать экономический санитарный кордон вокруг России продолжат вплоть до смены режима в ней.
Украина в таком сценарии (остановки войны Москвой) ремилитаризуется и восстановит экономику с поддержкой Запада и будет поддерживать партизанщину на оккупированных территориях, чтобы осложнить жизнь российских войск там и сорвать новое наступление.
То есть политические цели Путина в этом сценарии достигнуты не будут, если не считать такими целями военный и очень дорогой контроль над занятыми территориями с нелояльным населением, которое существует в состоянии гуманитарной катастрофы.
Как в таком случае объяснять этому населению (да и своему), зачем все это нужно было и зачем продолжать, я не знаю. Поражает наивность тех, кто верит, что вышка с российским телевидением в Мариуполе, Волновахе или Изюме убедит местных, что ими все эти годы правила хунта с русскоязычным евреем во главе, а сейчас началось антифашистское освобождение. Просто для этого нужно было убить сотни или тысячи их земляков, их самих посадить в подвалы, отключить интернет, воду и электричество, разрушить какую-то часть их гражданской инфраструктуры и отрезать от остального мира.
Выход из войны со стороны Киева еще менее вероятен, чем отступление Путина. Во-первых, без гарантий безопасности любые уступки по территориям – лишь откладывание новой экспансии. А гарантий с сегодняшней Россией не может дать никто.
Во-вторых, в украинском обществе доминирует желание бороться и уверенность в том, что страна способна выстоять и взять Россию измором, даже если это будет значить затяжную войну. То есть Верховная рада просто не одобрит капитуляцию и связанные с ней условия. А даже если сломить волю Зеленского и его окружения воевать, их приказ своим войскам и людям перестать сопротивляться вряд ли будет кем-то выполнен на земле.
Куда больше шансов, что в такой момент произойдет перехват легитимности кем-то другим из политической элиты, кто скажет: «Не слушаем этого, слушаем меня, и продолжаем». И этот человек будет поддержан большинством. В Украине нет того сакрального отношения к верховной власти и ее командам, к которому привыкли в Беларуси и России. Власть функциональна. Если она в глазах народа перестает выполнять свою функцию, ее легитимность испаряется.
Даже если масштаб разрушений украинского государства к тому времени будет таким, что новый единый центр создать не получится, возникнет множество локальных центров силы со своей легитимностью, которые будут продолжать борьбу. Это и есть суть украинской политической культуры – децентрализация и горизонтальные связи.
Чем больше будет жертв среди украинских гражданских, тем больше у них будет близких и родственников, для которых в этой жизни останется один смысл – продолжать борьбу до конца. Российская военная машина способна победить только если эта коллективная воля будет сломлена, но пока что она только крепнет, причем ужасной ценой.
Но в начале я написал «практически» именно потому, что один относительно быстрый выход из войны есть. Это переворот в России, скорее всего, руками военных. Сразу оговорюсь, в обозримом будущем вероятность такого исхода невелика.
Российская власть, включая генералитет, живет в пузыре собственных иллюзий про Украину, ее способность и волю к сопротивлению. Они очевидно ждали "русской весны" и пассивности от населения в формате Крыма-Донбасса в 2014 году, только на всех интересующих их территориях. Это просто невообразимый провал разведки и аналитиков, за что, по слухам, уже посадили под домашний арест верхушку внешней разведки ФСБ. По косвенным признакам, в таком же пузыре живет большинство российского общества. То есть у потенциальных заговорщиков сейчас, и завтра, и послезавтра не будет общественной поддержки, зато будет много внутриэлитного сопротивления.
Но со временем реальность будет проникать в пузыри. Командиры среднего звена будут видеть ситуацию на полях боя и оккупированных территориях, и понимать, что нет пути не то, что к быстрой победе, но в принципе к устойчивой победе и закреплению на земле в любом временном горизонте. Дезертиров и уклонистов будет все больше, потому что украинцы воюют за свой дом, а россияне – за идеологические установки их власти. Это разный уровень готовности к самопожертвованию. Эту реальность полевые командиры постепенно будут доносить наверх – генералам в Москву.
У многих гражданских появятся знакомые, друзья и родственники, у которых кто-то погиб или пропал без вести на войне. Молчу про все экономические проблемы, которые будут спускаться с уровня ареста резервов Центробанка и яхт Абрамовича, отсутствия доходов у блогеров в инстаграме или ютубе, до паралича финансового рынка, крушения банков, потери вкладов, безработицы, все более пустых полок и при этом закрытых границ. Телевизор будет все менее убедителен на этом фоне.
Затяжные наступательные войны с идеологическими целями (Афганистан у СССР, Вьетнам и Ирак у США) начинаются с общественной эйфории, а заканчиваются широким недовольством. В такой ситуации у российских генералов, понимающих тупиковость военной стратегии на земле, и гражданских бюрократов, понимающих беспросветность кризиса в экономике, появится общий интерес развернуть курс, не из-за любви или жалости к Украине, а из любви и жалости к себе.
Этот настрой двух крыльев российской власти уже будет опираться на более массовую поддержку общества. А противостоять ему будут лишь идеологические мифы про скорое крушение украинского нацизма и его угрозу для России. Первое будет крепнуть, второе – слабеть.
Эта траектория выглядит предначертанной, хоть и невозможно предсказать никакие сроки. Движение по ней может остановить либо (1) осознание глубины своих проблем самим Путиным и пусть унизительный, но разворот, либо (2) быстрая капитуляция Украины и принятие этого нового статус-кво всем остальным миром.
О первом я судить не могу, это психоанализ, и многие, включая меня, сильно ошиблись в своей оценке психологического состояния Путина перед войной. Второго же не будет по причинам, о которых я написал выше, даже если война сменит формат. Нельзя покорить такой огромный народ без геноцида или массовых депортаций. У украинцев просто нет пути к отступлению, это не война Зеленского, это война всего народа. А у россиян этот путь будет всегда, потому что это война не на их земле. Только этот путь может лежать через голову Путина. Параллели с Гитлером, которому генералы были лояльны вплоть до конца, тут неуместны, потому что война уже шла на территории их страны, и они были зажаты в угол. А у Путина нет этого скрепляющего козыря для элит, есть только идеология и пока еще живая вера в успех.
Переворот – технически очень сложная задача сегодня, но с усилением внутриэлитного и общественного антивоенного запроса, люди во власти начнут задумываться, как эту задачу решать. Через существующие институты это практически невозможно. Хрущева можно было снять, сколотив заговор из партийной верхушки, пока он в отпуске, и просто поставить перед фактом на Пленуме ЦК партии. Устроить импичмент президенту России намного сложнее, потому что слишком затяжная и публичная процедура. Поэтому такой переворот может быть только неправовым, в стиле ГКЧП (с мирной изоляцией лидера) или хуже.
На первый план выйдет персональная лояльность Путину тех, кто будет обеспечивать связь и охрану его резиденции на тот момент. Но этот вопрос скорее определяет степень насилия, к которой придется прибегнуть заговорщикам, а не реальность самого сценария.
Я не могу оценить, что вероятнее – такой переворот или отказ от максималистских запросов самим Путиным ради самосохранения. Но ни в одном из реалистичных сценариев нет быстрого отката к довоенной нормальности для России и, следовательно, для тесно связанной с ней Беларуси. По-настоящему важным и интригующим для меня, как белоруса, вопросом, остается то, как быстро Лукашенко осознает глубину и безысходность этой пропасти, и рискнет ли он в связи с этим зайти на третий раунд дистанцирования от России при колоссальных рисках как такого решения, так и отказа от него.
Артем Шрайбман
https://telegra.ph/Kak-mozhet-i-ne-mozhet-zakonchitsya-ehta-vojna-03-12
Я не военный эксперт, чтобы оценить соотношение сил на земле и доступные резервы для продолжения войны. Но и не военные чаще всего принимают такие решения, как начать или закончить войну. А политические стимулы с обеих сторон настроены, и еще какое-то время будут настроены, на продолжение войны.
Для Путина отступление – неприемлемый вариант, потому что он не достигает никаких целей вторжения, но получает почти все его издержки. Даже если удастся разменять часть санкций на прекращение активных боев, это не вернет в страну капитал, веру инвесторов и все остальные блага довоенного времени, потому что не будет доверия к тому, что Кремль завершил войну навсегда. Поэтому выстраивать экономический санитарный кордон вокруг России продолжат вплоть до смены режима в ней.
Украина в таком сценарии (остановки войны Москвой) ремилитаризуется и восстановит экономику с поддержкой Запада и будет поддерживать партизанщину на оккупированных территориях, чтобы осложнить жизнь российских войск там и сорвать новое наступление.
То есть политические цели Путина в этом сценарии достигнуты не будут, если не считать такими целями военный и очень дорогой контроль над занятыми территориями с нелояльным населением, которое существует в состоянии гуманитарной катастрофы.
Как в таком случае объяснять этому населению (да и своему), зачем все это нужно было и зачем продолжать, я не знаю. Поражает наивность тех, кто верит, что вышка с российским телевидением в Мариуполе, Волновахе или Изюме убедит местных, что ими все эти годы правила хунта с русскоязычным евреем во главе, а сейчас началось антифашистское освобождение. Просто для этого нужно было убить сотни или тысячи их земляков, их самих посадить в подвалы, отключить интернет, воду и электричество, разрушить какую-то часть их гражданской инфраструктуры и отрезать от остального мира.
Выход из войны со стороны Киева еще менее вероятен, чем отступление Путина. Во-первых, без гарантий безопасности любые уступки по территориям – лишь откладывание новой экспансии. А гарантий с сегодняшней Россией не может дать никто.
Во-вторых, в украинском обществе доминирует желание бороться и уверенность в том, что страна способна выстоять и взять Россию измором, даже если это будет значить затяжную войну. То есть Верховная рада просто не одобрит капитуляцию и связанные с ней условия. А даже если сломить волю Зеленского и его окружения воевать, их приказ своим войскам и людям перестать сопротивляться вряд ли будет кем-то выполнен на земле.
Куда больше шансов, что в такой момент произойдет перехват легитимности кем-то другим из политической элиты, кто скажет: «Не слушаем этого, слушаем меня, и продолжаем». И этот человек будет поддержан большинством. В Украине нет того сакрального отношения к верховной власти и ее командам, к которому привыкли в Беларуси и России. Власть функциональна. Если она в глазах народа перестает выполнять свою функцию, ее легитимность испаряется.
Даже если масштаб разрушений украинского государства к тому времени будет таким, что новый единый центр создать не получится, возникнет множество локальных центров силы со своей легитимностью, которые будут продолжать борьбу. Это и есть суть украинской политической культуры – децентрализация и горизонтальные связи.
Чем больше будет жертв среди украинских гражданских, тем больше у них будет близких и родственников, для которых в этой жизни останется один смысл – продолжать борьбу до конца. Российская военная машина способна победить только если эта коллективная воля будет сломлена, но пока что она только крепнет, причем ужасной ценой.
Но в начале я написал «практически» именно потому, что один относительно быстрый выход из войны есть. Это переворот в России, скорее всего, руками военных. Сразу оговорюсь, в обозримом будущем вероятность такого исхода невелика.
Российская власть, включая генералитет, живет в пузыре собственных иллюзий про Украину, ее способность и волю к сопротивлению. Они очевидно ждали "русской весны" и пассивности от населения в формате Крыма-Донбасса в 2014 году, только на всех интересующих их территориях. Это просто невообразимый провал разведки и аналитиков, за что, по слухам, уже посадили под домашний арест верхушку внешней разведки ФСБ. По косвенным признакам, в таком же пузыре живет большинство российского общества. То есть у потенциальных заговорщиков сейчас, и завтра, и послезавтра не будет общественной поддержки, зато будет много внутриэлитного сопротивления.
Но со временем реальность будет проникать в пузыри. Командиры среднего звена будут видеть ситуацию на полях боя и оккупированных территориях, и понимать, что нет пути не то, что к быстрой победе, но в принципе к устойчивой победе и закреплению на земле в любом временном горизонте. Дезертиров и уклонистов будет все больше, потому что украинцы воюют за свой дом, а россияне – за идеологические установки их власти. Это разный уровень готовности к самопожертвованию. Эту реальность полевые командиры постепенно будут доносить наверх – генералам в Москву.
У многих гражданских появятся знакомые, друзья и родственники, у которых кто-то погиб или пропал без вести на войне. Молчу про все экономические проблемы, которые будут спускаться с уровня ареста резервов Центробанка и яхт Абрамовича, отсутствия доходов у блогеров в инстаграме или ютубе, до паралича финансового рынка, крушения банков, потери вкладов, безработицы, все более пустых полок и при этом закрытых границ. Телевизор будет все менее убедителен на этом фоне.
Затяжные наступательные войны с идеологическими целями (Афганистан у СССР, Вьетнам и Ирак у США) начинаются с общественной эйфории, а заканчиваются широким недовольством. В такой ситуации у российских генералов, понимающих тупиковость военной стратегии на земле, и гражданских бюрократов, понимающих беспросветность кризиса в экономике, появится общий интерес развернуть курс, не из-за любви или жалости к Украине, а из любви и жалости к себе.
Этот настрой двух крыльев российской власти уже будет опираться на более массовую поддержку общества. А противостоять ему будут лишь идеологические мифы про скорое крушение украинского нацизма и его угрозу для России. Первое будет крепнуть, второе – слабеть.
Эта траектория выглядит предначертанной, хоть и невозможно предсказать никакие сроки. Движение по ней может остановить либо (1) осознание глубины своих проблем самим Путиным и пусть унизительный, но разворот, либо (2) быстрая капитуляция Украины и принятие этого нового статус-кво всем остальным миром.
О первом я судить не могу, это психоанализ, и многие, включая меня, сильно ошиблись в своей оценке психологического состояния Путина перед войной. Второго же не будет по причинам, о которых я написал выше, даже если война сменит формат. Нельзя покорить такой огромный народ без геноцида или массовых депортаций. У украинцев просто нет пути к отступлению, это не война Зеленского, это война всего народа. А у россиян этот путь будет всегда, потому что это война не на их земле. Только этот путь может лежать через голову Путина. Параллели с Гитлером, которому генералы были лояльны вплоть до конца, тут неуместны, потому что война уже шла на территории их страны, и они были зажаты в угол. А у Путина нет этого скрепляющего козыря для элит, есть только идеология и пока еще живая вера в успех.
Переворот – технически очень сложная задача сегодня, но с усилением внутриэлитного и общественного антивоенного запроса, люди во власти начнут задумываться, как эту задачу решать. Через существующие институты это практически невозможно. Хрущева можно было снять, сколотив заговор из партийной верхушки, пока он в отпуске, и просто поставить перед фактом на Пленуме ЦК партии. Устроить импичмент президенту России намного сложнее, потому что слишком затяжная и публичная процедура. Поэтому такой переворот может быть только неправовым, в стиле ГКЧП (с мирной изоляцией лидера) или хуже.
На первый план выйдет персональная лояльность Путину тех, кто будет обеспечивать связь и охрану его резиденции на тот момент. Но этот вопрос скорее определяет степень насилия, к которой придется прибегнуть заговорщикам, а не реальность самого сценария.
Я не могу оценить, что вероятнее – такой переворот или отказ от максималистских запросов самим Путиным ради самосохранения. Но ни в одном из реалистичных сценариев нет быстрого отката к довоенной нормальности для России и, следовательно, для тесно связанной с ней Беларуси. По-настоящему важным и интригующим для меня, как белоруса, вопросом, остается то, как быстро Лукашенко осознает глубину и безысходность этой пропасти, и рискнет ли он в связи с этим зайти на третий раунд дистанцирования от России при колоссальных рисках как такого решения, так и отказа от него.
Артем Шрайбман
https://telegra.ph/Kak-mozhet-i-ne-mozhet-zakonchitsya-ehta-vojna-03-12
no subject
Date: 2022-03-12 05:19 pm (UTC)Но эта зараза хорошо расползлась по миру. Мы вот в Израиле часто грызёмся с ватниками, перекушавшими совецкого телевизора, вещание которого до сих пот тут не прервано!
no subject
Date: 2022-03-12 05:38 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-12 06:03 pm (UTC)Правительство маневрирует. Нормальные люди за Украину, но и совок-ТВ не отключён. Мы же с расеей теперь граничим по северу. Сирия, т.е.
Тартус - их база со времен ссср, ногу в дверь вставили и оставили. Вторую они шустро построили - полоса для тяжелых самолётов, и солдатни там полно.
В сирию лезут и иранщики - по границе с нами. Трен. лагеря, склады оружия, пусковые установки. Наши их иногда ракетами приласкают - и снова тихо. расея скрипит зубами, иран выставляет ноту за убитых своих военных (хрена ли они в сирии забыли). И опять тишина.
С Эрдоганом вроде хор. отношения, но взбутитенились Греция и Кипр (раньше предоставляли аэродромы для авиамостов США - Израиль).
Палитека.
no subject
Date: 2022-03-12 06:42 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-12 06:52 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-12 08:05 pm (UTC)В части предоставлении аэродрома для авиамоста упоминалась Греция.
Кипр же "обеспокоился" до кучи. Прошу простить стилистическую неточность )
no subject
Date: 2022-03-12 05:46 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-12 08:15 pm (UTC)У меня создается впечатление что по мере затягивания операции - поддерживающие войну граждане РФ постепенно начинают дрейфовать от "освобождения украинцев от хунты" в сторону "убить их всех".
> Затяжные наступательные войны с идеологическими целями (Афганистан у СССР, Вьетнам и Ирак у США) начинаются с общественной эйфории
Вот это сомнительный пассаж. Я как-то не слышал про эйфорию от ввода ОКСВА, и то как начиналось во Вьетнаме - тоже вряд ли выглядело чем-то значительным по первости. Не говоря уже о том, что в обоих случаях речь шла фактически про участие в чужой гражданской войне. Вот Ирак или какую другую "маленькую победоносную" тут притянуть можно, да.
no subject
Date: 2022-03-12 08:23 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-16 10:50 pm (UTC)Далее, есть некий социальный фактор, очень важный для всего остального мира (вопрос - как это выглядит для лояльных путину россиян): ты - великий и могучий, у тебя огромная страна, армия, экипированная новейшим оружием, ты пыжился и надувался, а потом оказалось, что тебя пиздит какой-то клоун из КВН. Выглядит очень некузяво.
Как неоднократно писал, вооруженный переворот вполне возможен. Для этого нужна условная "кантемировская" дивизия с полковником во главе, которая зайдет в кремль, арестует всю эту братию и объявит ее "врагами народа". Все перевороты делаются в столице. Максимум - еще в Питере. Вся остальная страна - провинция, которая примет информацию к сведению и продолжит свою жизнь под новым руководством. Никто не приедет в Москву из Брянска, Саратова, Ижевска, Е-бурга и т.д. воевать за путина. А дальше наступает вариант Пиночета с новыми выборами и сменой Конституции в нормальную сторону.
no subject
Date: 2022-03-17 05:42 am (UTC)Прогноз напрашивается сам собой. Но они там все боятся не только путина, но все их окружение, друг друга и самих себя. Хотя, конечно, у того кто рискнет, будет большое преимущество.